Это была женщина лет под пятьдесят с крашенными хной волосами, выбивавшимися из-под форменной шапочки. Усталые глаза были, по-видимому, когда-то томными, а пухлые губы даже сейчас выглядели довольно чувственно. Вероятно, когда-то она была красавицей, а теперь перед Ларисой сидела рыхлая тетка, едва умещающаяся в свою синюю форму. Лариса представилась частным детективом, что произвело на проводницу почти магическое действие. Она как-то сразу подтянулась и попросила подругу выйти.

— Ты уж извини, Нина, мыс тобой потом договорим, тут такое дело…

Нина поспешила удалиться, и Лариса, оставшись с проводницей вдвоем в тесном служебном купе, заговорила об интересующих ее пассажирах поезда.

— Понимаете, две недели назад в вашем вагоне ехали из Потакова до Тарасова мужчина с женщиной. Он азербайджанец лет под тридцать, коротко стриженный, а она — русская, хромает еще слегка.

Проводница тут же выразительно закивала головой:

— Помню, как же их не помнить! Очень она симпатичная, одевается шикарно, я еще обратила внимание, какие у нее часики красивые золотые. Не знаю уж, кто ей их подарил, муж-то не сильно ее любит…

— Какой муж?

— Ну этот, нерусский, который с ней был. Правда, не знаю уж, муж или не муж, фамилии-то разные у них.

— А почему вы решили, что он ее не любит?

— Не больно-то он ласков с ней был. А она уж надышаться на него не могла. Э-э-эх! — женщина сочувственно вздохнула. — Ну понятно, куда ж ей деваться, бедной. Хоть она и интересная из себя, да вот беда — прихрамывает. Нога у нее одна короче другой. Охотников, видно, немного на нее. А он мужик-то видный, видный… На актера из сериала похож. Этого, как его… — Проводница всерьез задумалась. — На врача, двоюродного брата Родриго, который Лусию любит…

К сожалению, Лариса не обладала познаниями в области латиноамериканских сериалов, ей трудно было идентифицировать личность того самого актера и мужчины, что ехал с Вероникой в этом вагоне две недели назад.