Уртах снова прикурил:

— Хэлмун, ты осознаешь, на что ты идешь? На что мы идем?

— Я прекрасно все осознаю, ПАДШИЙ Уртах, — он не случайно сделал ударение на этом слове. — И надеюсь, что и ты тоже осознаешь, потому что основная задача в нашем плане возлагается на тебя.

— Нет… — Уртах почувствовал, что, начав спорить, невольно попал в ловушку.

— Почему же нет? А мы сейчас спросим у остальных! Драмак, Оргис, Пурт — кто-нибудь возражает?

В ответ раздался одобрительный гул — все были согласны.

— В таком случае, — подвел итог Хэлмун, — осталось обсудить детали, а затем разойдемся, чтобы не искушать Курунтага.

Падший Уртах сидел на своем месте с потерянным видом. Однако никому из присутствующих не дано было заглянуть ему в голову и прочитать роящиеся там потаенные мысли.

* * *

«Я не хочу проходить Зеркало!» — думал Аркен. Эта мысль возвращалась к нему и повторялась снова и снова: «Я не хочу проходить Зеркало!»

Была уже поздняя ночь, но ему не спалось. Ведь сегодня — последний день, когда он… когда он еще остается Аркеном, посвященным. Еще каких-то несколько часов, и он превратится в безымянного устремленного.

Да, устремленного — потому что Зеркало не оставит ему других вариантов. Если прошел Берт — пройдет и он.

Но несколько часов — не так и мало, и за это время можно все изменить. Так почему бы не попытаться? Разве все, что он говорил сегодня, были только слова? Ведь терять ему и вправду нечего…

Нечего, кроме любви.

Сейчас или никогда, решил Аркен. Другой возможности у него не будет. Сейчас — или никогда.

С этой мыслью он подошел к двери своей кельи. Больше всего он боялся, что падшие, зная его строптивый нрав, могли запереть ее снаружи, чтобы лишить его последнего шанса на побег.

Нет — дверь поддалась, и Аркен медленно отодвинул ее. Потом осторожно вышел в коридор. Было темно, но это его не пугало — он уже достаточно изучил внутренние ходы Скругла, чтобы прекрасно ориентироваться в них даже с закрытыми глазами.