– Ладно, – пожал плечами Павел и отошел чуть в сторону, потому что Дронов принялся за что-то отчитывать продавца.

Отсюда было видно подъезд. Ветер тянул от него бумажку. Люди время от времени наступали на нее, оставляя грязные следы, но бумажка была упряма и доползла таки до Павла. Он с улыбкой ее поднял и переправил в урну – опять кто-то из соседок сорвал рекламу «Гадального салона»! Может, достанут Манану – съедет она куда-нибудь подальше, и не будут больше по ночам рыдать на лестнице брошенные жены.

Между тем от подъезда приближался кое-кто еще: здоровенный длинноволосый мужик в черных очках. Павел поневоле залюбовался этим громилой. Но любовался недолго – громила шагал прямо к нему и парень предпочел отвернуться.

– Алексей, где твой человек? – громила подошел к киоску. Голос у него был подстать внешности.

– А вот! – Дронов угодливо выскочил наружу и указал на Павла. – Славный малый.

– Этот? – мужчина сквозь очки изучил Павла и протянул огромную руку в перстнях. – Николай Николаевич.

– Паша.

– Вот здесь все написано, – из кармана плаща Николай Николаевич достал сложенный вчетверо листок, развернул и сунул своему работнику. – Прочти мне вслух.

– «Приехать в Питер, никуда не заходя доехать до «Звездной», ровно в десять утра встретить в центре зала девушку Лену в красном шарфе. Лена скажет, как поступать дальше. Слушаться ее неукоснительно,» – честно прочитал Павел. – Красивая?

– Так себе. И только попробуй выпить! – огромный палец Николая Николаевича закачался перед носом парня. – Только попробуй! С этой минуты и до тех пор, пока не доставишь груз, у тебя сухой закон. Ты ему билеты отдал, Алексей?

– Вот, отдаю, – Дронов пихнул Павлу билеты и присовокупил две бумажки по пятьсот рублей. – Это командировочные. А с оплатой – к заказчику.

– Сотню свою получишь у Лены, я ей позвоню, – уточнил Николай Николаевич. – А когда вернешься – вторую, от меня, это премия. Имей это в виду. Да, еще: твои паспортные данные у меня записаны. Ты понимаешь?