- Мя! - возмутилась змея, свернула уши в трубочки и помчалась прочь. Длинное тело буграми выныривало из воды, мокрая чешуя красочно переливалась радугой. - Мя, - донеслось издалека, и все стихло.

- Вот таким образом. - Хозяйственный отдышался и аккуратно вложил трубку в чехол; лицо у него стало малинового цвета, точно он ртом велосипедную камеру надувал.

- Руби, руби, - передразнил Боня мальчика, - рубака. Болотный удав существо нежное, поэтическое. Плохо видит, но обладает поразительным слухом! Музыкальным манком, - Боня похлопал по пеналу, - можно удава как приманить, так и отогнать. Что я и сделал.

- А если бы манка не было? - живо заинтересовался Тим.

- Тогда нас стало бы на одного меньше. - Хозяйственный спрятал пенал в повозку и зашагал дальше к холму. Несколько шагов - и Боня ступил на траву. За ним подоспела Люпа и сразу принялась щипать зелень. Шут и Тимка подошли к Хозяйственному.

- И что дальше? - Боня в ожидании поглядел на друзей. - Видно, придется нам с избушкой в жмурки играть.

- Вовсе нет. - Тим достал зеркальце, поводил перед собой лучом. Изба показалась, но, как и в прошлый раз, лишь по кусочкам.

- Вон чего, - насупился Шут. - Я-то совсем уверился, что колдуном стал. А это Тимыч зеркалом баловался. Эх, обидно!

Боня взял зеркальце, погонял зайчика по стене, после заглянул в само зеркало.

- Хо! Дом отражается, - сообщил Боня, - весь, как есть. Не берет, Тим, магия твою стекляшку! Нет, недаром Лурда все зеркала расколотила. Пошли. Хозяйственный, держа зеркальце у глаз, пошел сначала как-то боком, по дуге, но после приноровился. Ставя ноги на невидимые ступени, он поднялся на крыльцо, потянул невидимую ручку. Раздался скрип ржавых петель, и внезапно изба стала видимой. Предстала во всей своей красе - тяжелая, скатанная из толстенных нетесаных бревен, до оконца вросшая в землю, покрытая черно-бурыми зарослями мха. Логово, а не жилье. Притон разбойников.