Антон прислушался к беседе за соседним столом, где собрались местные «крестьяне».

Разговор крутился вокруг двух наболевших тем, мол, Перун посевы пожег на дальних полях, видно, неугодной была последняя жертва, халтурят кудесники, с богами общаясь, да о том, что скоро парубков не на ком женить будет, девок-то почти не осталось, и от Сварога помощи славичам нет, сколько не просили…

"Что-то не так, — слегка заволновался парень, — они так серьезно обо всем говорят, словно это их действительно волнует…".

Хозяин лично принес заказ и, ловко держа одной рукой тарелки, а другой два объемных кувшина, накрыл стол. Антон взглядом поискал вилки, потом вздохнул и вытер руки о штаны. Народ вокруг обходился без лишних предметов сервировки. Парень впился зубами в сочный кусок мяса. Вкуснятина какая….

Ощущение нереальности происходящего не оставляло Антона. В том, что не спит, он уже убедился — на предплечье остался внушительный синяк. Переборщил малость с проверкой. Болело до сих пор. Тщательно покопавшись в кладовых памяти, Антон обнаружил там только предыдущий вечер, горестно вздохнул: — "Ну, сестрица! Ну, удружила!"

И стал вспоминать, благо времени было навалом… Уж в этом-то он не сомневался.

Поздний вечер, пронзительная трель телефона (только-только глаза прикрыл под нудноватый сериал) и не менее отчаянный голос в трубке:

— Антош, ты дома? Антон, ты мне срочно нужен, приезжай.

Антон мельком глянул на часы — двенадцатый час:

— Конечно, дома, где ж мне ещё быть. Люд, ты чего не спишь-то, а? — без особого интереса спросил он, — тебе с утра на работу. Давай завтра?