Вот те трое — наверняка братья Зиле. Своими яркими, кричащими одеждами они не походили ни на отцов семейства, ни на праздношатающихся завсегдатаев кабаков. Длиннорукие, широкоплечие, они и видом своим, и манерами отличались от четвертого спутника, и дело было не в очевидной разнице цвета кожи.

Четвертый мужчина находился чуть поодаль. Негроидного типа, лысоватый, он стоял как по команде «смирно». Каменное лицо, крепкое, мускулистое тело изобличали в нем военного. Такому любой уступит дорогу. Даже неопытный наблюдатель сразу же приметил бы по видавшей виды кобуре, что бластер уже успел сослужить хозяину долгую службу.

Негр двинулся навстречу Хосато.

— Господин Матерс? — спросил он.

— Меня зовут Хаяма, — последовал ответ. — Господин Матерс обратился ко мне с просьбой уладить инцидент.

Лысый бросил на него испытующий взгляд и лишь затем представился:

— Меня зовут Моабе, господин Хаяма. Меня попросили быть судьей.

Кивком головы Хосато церемонно поприветствовал Моабе.

— Эй! Ты что, один из секундантов Матерса? Хосато повернулся лицом к говорившему.

— Могу я узнать, с кем имею дело? — осведомился он.

— Я Гарри Зиле, бросивший вызов. А это мои братья, Кейси и Том.

Хосато наклонил голову:

— Меня зовут Хаяма.

Один из братьев, Том, насмешливо фыркнул, в то время как другой продолжал внимательно изучать незнакомца.

— Ты не ответил на вопрос брата Гарри, — заметил он сухо.

— Господин Матерс обратился ко мне, чтобы уладить это дело миром, — ответил Хосато. — Он сожалеет о случившемся прошлой ночью и заявляет, что готов выступить с публичными извинениями в любой форме.

Том ухмыльнулся и издал странный звук, похожий на писк цыпленка.

Гарри сразу перешел к делу:

— Не пойдет, Хаяма. Ему не удастся так дешево отделаться. Я бросил ему перчатку, и он поднял ее, так что ему придется драться. Возвращайся и передай, что мы ждем его здесь еще час. Если он и тогда не появится, мы сами доберемся до него.