— Я, я слышала, как он во гневе возвысил голос.

Элен зевнула.

— Ты, душенька, говоришь почти так же чудно, как и он. Просто он немножко разозлился, вот и все.

— Но, мисс Фонтейн, отцу нельзя выходить из себя: ведь он — Глашатай Мира.

— Откуда тебе известно мое имя? — прищурилась Элен.

Нефертити, которая собралась было что-то ответить, вдруг сжала губы, шея ее густо порозовела.

— Мама дорогая! — рассмеялась Элен. — Эта девушка умеет краснеть! По-моему, я уже тысячу лет не видела, как люди краснеют.

— Нет, все-таки интересно, как вы узнали фамилию Элен? — спросил Эд.

— Я… — смущенно проговорила девушка, — просто я видела ваши фотографии в газетах, мисс Фонтейн.

Они оба уставились на нее. Элен снова засмеялась.

— Вот оно что: пока папусик клеймит моды и косметику, дочурка читает светскую хронику в воскресной газете и мечтает…

Розовый румянец Нефертити перешел в багровый.

— Нет… Вовсе нет…

— Не нет, а да, маленькая лицемерка. Могу поспорить на что угодно, Элен повернулась к Эду. — Поехали, Крошка Эд. Нам пора. — Она направилась к машине.

Прежде чем последовать за ней, Эд оглянулся на девушку.

— Мне жаль, что из-за нас старикан так раскипятился. У него здорово получалось. По крайней мере, он верит в то, о чем говорит. Мне по роду деятельности приходится встречать множество шарлатанов.

Ему подумалось, что она не особо привыкла разговаривать с мужчинами, особенно наедине. Девушка уставила взгляд в землю и тихо сказала:

— Я тоже так думаю, Эдвард Уандер.

Потом стремительно повернулась и вошла в палатку.

Эд смотрел ей вслед. Что за черт, его она тоже знает…

Он самодовольно расправил плечи: что ж, это как раз легче объяснить, чем случай с Элен. Значит, его программа становится настолько известной, что его начинают узнавать. Проклятье, только бы ему удалось получить передачу на телевидении, он бы всем показал…