Возможно - да, возможно - нет.

Об этом он, Никита, никогда не узнает.

А если - нет?

"Нет" означало, что в квартире побывал еще кто-то. И этот кто-то вполне мог взять колье, промежуток времени между бегством двух бэбиков и приездом Джаффарова был вполне приличным. Ну, уж на то, чтобы стянуть колье, времени хватило бы точно.

Но эта мысль не показалась Никите такой уж хорошей: он ведь не знал наверняка, когда к дому подъехал начальник службы безопасности. Так что проще остановиться на парне и девчонке. Во всяком случае, звучит совсем не так абсурдно.

Гораздо менее абсурдно, чем утверждение, что телохранительница Эка позволила поднести пистолет вплотную к своему виску. Впрочем, никто этого не утверждал. Эта мысль была похоронена следствием заживо, и в нее был надежно воткнут осиновый кол экспертизы... Или как там это у них называется?..

Хотя...

Стоит ему повернуть голову, как любой абсурд моментально станет реальностью.

Джанго.

Никита вдруг вспомнил, как Джанго укротила пса. Злобного кавказца Джека. Она укротила его легко и непринужденно, просто посмотрела в зрачки. И больше ничего не понадобилось... Пес наверняка сделал все, что хотелось бы Джанго. И человечьим голосом бы заговорил... И нет никакой гарантии, что это были единственные зрачки, в которые она смотрела.

И откуда у нее кольцо Мариночки?

И почему она вообще здесь?

И почему она солгала?

И откуда у него самого это ощущение двойного дна? А ведь он думал о ней, думал... Но думал совсем не так, как в свое время думал об Инге: тогда это была самая обыкновенная страсть, не оставлявшая места никаким сомнениям. Он принял Ингу всю и сразу, он никогда не копался в ее прошлом, в ее первом замужестве, какое это имело значение? Ведь с ним она начала свою жизнь заново. И эта жизнь была счастливой, пугающе счастливой - до самого озера, в котором утонул Никита-младший.

Джанго... Джанго совсем другое дело.