И сразу утратил нить разговора.

– Что это?

– Посылка, разве не видишь, – Фрэн демонстративно отвернулась. – Специальный курьер доставил ее четверть часа назад. Адресовано тебе, да еще и с пометкой: "Лично". Поэтому я не решилась ее вскрывать.

– Не узнаю тебя, Фрэн. А как же знаменитое женское любопытство?

– Работая с тобой, я рискую жизнью. Здесь может оказаться и бомба с часовым механизмом, и любой другой неприятный сюрприз.

– Ты так думаешь? – я осторожно склонился над пакетом.

– Тиканья вроде не слышно, – подбодрила меня Фрэн.

– Ты его не встряхивала? Там ничего не гремело? – я осторожно ткнул пальцем в пакет. – Сейчас в моде посылать почтой ядовитых змей и скорпионов.

– Струсил! – вспылила Фрэн. – А еще великий детектив! Вот что: если ты так боишься, брось пакет на пару недель в бочку с водой.

Приняв оскорбленный вид, я взял ножницы и с достоинством вскрыл посылку. Среди кучи бумаг обнаружился небольшой портативный магнитофон. Какие-нибудь сопроводительные документы отсутствовали.

В плечо мне уперлось что-то упругое и теплое. Женское любопытство все-таки заставило Фрэн прижаться ко мне, чтобы получше рассмотреть содержимое посылки. Толкая меня своей великолепной грудью, она нетерпеливо спросила:

– Что там? Что?

– Магнитофон, – ответил я, прижимаясь к ней еще теснее.

– Всего лишь! – она разочарованно фыркнула.

– А я, признаться, был уверен, что ты носишь накладные груди, – произнес я, пытаясь пустить в ход руки.

Она ловко увернулась, бросив на меня уничтожающий взгляд.

– Уж если кто-то прислал тебе магнитофон, значит, здесь на пленке, безусловно, имеется запись. Вместо того, чтобы махать руками, нажми клавишу воспроизведения. Чего ты ждешь?

Логика ее была безупречна. Возразить я не мог и поэтому занялся магнитофоном.