Но что-то в ней все-таки было не так. Слишком остро я ощущал окружающее пространство и детали обстановки. Пачка папирос на столе, рядом лежат наручные часы. Отчетливо слышны звуки. Гул компьютерного вентилятора, урчание проезжающих за окном машин. И даже мои шаги по ковру, когда я дошел до стола и вынул из пачки папиросу. Звук соприкосновения моих пальцев с картоном папиросы был таким, словно в руке смялся лист бумаги.

Взяв со стола зажигалку, я направился на балкон. Меня слегка пошатывало, хотя, конечно, я не чувствовал себя пьяным. Зажигалка щелкнула просто оглушительно. Я затянулся и тут же ощутил сильное головокружение. Выдохнутый мною табачный дым переливался всеми цветами радуги, и в его клубке рождались странные переплетения постоянно меняющихся образов. Я почувствовал себя драконом, сжигающим древний замок. На душе было спокойно и хорошо. Мне казалось, будто здесь, у раскрытого окна лоджии, я стою вечно и, выдыхая этот дым, рождаю другие миры.

Папироса догорела до картонного фильтра и потухла. Я бросил окурок вниз, и, пока смотрел, как он падает, у меня было ощущение длящейся вечности. Наконец он коснулся асфальта. Меня вдруг охватила сильная слабость, я еле добрался до дивана. При этом маленькое расстояние превратилось в лиги странного, бесконечного пути. Я чувствовал себя странником, который ищет место последнего отдохновения. Упав на диван, я забылся глубоким сном.

... Странные видения проносились передо мной. Я то летал по комнате, кружась в хороводе каких-то непонятных светящихся существ, то переживал моменты прошедшей жизни, точно зная, где я поступил правильно, а где следовало вести себя по-другому. Я был со своей первой девушкой. Только не в квартире одного из моих друзей, как это было на самом деле, а в лесу, где деревья шептали нам слова, смысл которых я не мог понять...