Тяжело вздохнув, парень поочередно помянул всех темных богов, испортивших ему такой замечательный день, и медленно поплелся домой. Медленно потому, что тренировку сегодняшнюю он пропустил, а нагоняй по этому поводу получать не хотелось. А еще больше не хотелось получать дополнительный час усиленных тренировок. Конечно, и то и другое было неизбежно — Вирсэн прекрасно понимал, что как бы медленно он ни шел, но в итоге его путь подойдет к концу и никакие подарки и умасливание не спасут его от, говоря откровенно, заслуженного «наказания». Но это понимал разум, а все остальное естество изо всех сил упиралось в саму реальность лишь бы хоть немного отдалить неизбежное. Не то чтобы Вирс боялся отца. Нет, он любил его, уважал и разумно опасался. В свои шестьдесят три этот старик на семи тренировочных поединках из десяти (а то и чаще) побеждал Вирсэна. И нрав у него был далеко не самый мягкий. А с годам стал еще хуже. Мне даже стало казаться, что, постарев, Варно немного сошел с ума.

В общем, юноша с черепашьей скоростью возвращался домой. Обычно путь занимал до получаса, но в данном случае благодаря различным ухищрениям его удалось растянуть аж до полутора часов. И как бы Вирс не старался оттянуть неизбежное, в итоге избежать его не удалось — он все-таки пришел.

К тому времени на город опустилась ночь, и Вирсэн с надеждой осмотрел дом. К немалой радости, в окнах не горел свет, из чего можно было предположить, что отец, так и не дождавшись блудного сына, уже лег спать. Впрочем, это могла быть лишь хитрая уловка — специально, чтобы пригасить бдительность. Лично я в этом практически не сомневался. Но парень видать считал так же и попадаться на подобную обманку не собирался, поэтому осторожности не терял. Он тихонько подошел к двери и прислушался. Внутри все было тихо. Тогда Вирс осторожно потянул дверь на себя. Как и ожидалось, она была не заперта. Старый наемник обычно держал ее открытой. Во-первых, потому, что если кто-то действительно захочет войти, то дверь его не остановит. А во-вторых, потому что на ночь он перед дверью клал капкан, и для нежданного ночного визитера это был бы большой сюрприз. Именно эти обстоятельства впервые натолкнули меня на мысль о некотором сумасшествии старика.