— За ним, идиоты! — заорал Фалькор, изворачиваясь и пиная знахаря каблуком в лицо. — Серебряную монету поймавшему!

Материальный стимул заставил стражников шевелиться. Стерев с лица ухмылки, они бросились за улепетывающим мальчишкой. Впрочем, нашлись и такие, для которых зрелище, как начальство валяется в грязи оказалось дороже серебра.

А может, они каким-то образом предвидели, что сулимой монете не суждено было поменять владельца в ближайшие часы. Через несколько минут вернулись «охотники». И вернулись они с пустыми руками.

— Он в реку прыгнул, — досадливо махнул рукой один из них. — Я его почти схватил, но он как сиганет с обрыва! И под воду ушел… Только пузыри остались. Мы там несколько минут подождали, но он так и не всплыл. Потоп видать…

— Кретины! — сквозь сжатые от злости зубы процедил Фалькор. Он критически осмотрел покрытый толстым слоем грязи мундир и скривился так, будто только что сжевал целый лимон. Минуту командир пытался оттереть грязь от одежды, но быстро понял бесполезность своего занятия. — Калите железо! Сейчас он нам все расскажет…

Фалькор был в ярости и сейчас собирался выместить ее на том, кто, по его мнению, этого заслуживает. На знахаре. Стражники же, видя состояние командира, возражать не посмели…

Паренек вернулся домой только глубокой ночью. Сначала он долго наблюдал за домом, опасаясь засады. Но за целый час не было никакого движения, поэтому мальчик решил рискнуть. С максимальной осторожностью он подобрался к дому и пару минут вслушивался в темноту. Никаких посторонних звуков не доносилось. Впрочем, глупо было бы думать, что стражники остались ночевать на пепелище — скорее уж выгнали б из дома старосту и переждали ночь там.