Дзергвольд в ту пору оставался последним бастионом дзергов, и армии младших рас уже стояли на подступах. Кто другой в подобной ситуации, возможно, и капитулировал бы, но только не волкоголовые. Прекрасно осознавая полнейшую безвыходность положения, в котором они оказались, бывшие правители мира не сложили оружия и продолжали обороняться до тех пор, пока не полегли все до единого.

Спустя тысячу с лишним лет никто уже не помнил о том, что тогда, на исходе последней Волшебной войны, слово «дзерг» было синонимом не только «чудовища», но и «героя». Несмотря на ненависть к волкоголовым, вскормленную на протяжении жизней целых поколений, люди, эльфы, гномы и орки относились к дзергам с уважением. Так яростно защищали те свою последнюю твердыню, прекрасно зная, что она обречена.

Лангмар, которому было ведомо больше, чем прочим обитателям Схарны, это знал. Сам он, впрочем, не разделял ничьих чувств. Ни современников, ни прародителей. Ненавидеть древних владык колдуну было не за что. А уважение… Что ж, боевая отвага всегда того стоит, но, на собственный взгляд Лангмара, защитники Дзергвольда перешли ту грань, что отделяет отвагу от безрассудства. Хотя они вряд ли уцелели бы, даже сдавшись. В лучшем случае их ждал бы суд, в исходе которого можно было не сомневаться.

Враги адептов Мрака заблуждались, считая, что воскрешение дзергов является основной целью чернокнижников, и что они почитают волкоголовых как богов. Конечно, именно дзерги должны были стать основной движущей силой в новой войне за Схарну. Но вот что касается того, кто кому будет служить… Руководящая роль предназначалась совсем не волкоголовым. Согласно базовым правилам некромантии, воскрешенный всегда становится покорным слугой воскресившего.