Пастушонок помогает мальчику перебраться в лодку и крепко привязывает плоскодонку к корме.

- У меня были бутерброды, - говорит мальчик, прекрасно выговаривая каждое слово. - Я долго хранил бутерброд Колгрима, но потом вынужден был съесть и его. А это плохо, так как я знал, что он не мой. - Его глаза наполнились слезами, которые он быстро постарался вытереть. - Прости меня, я немного обеспокоен, - произнес он, застенчиво улыбнувшись. - Колгрима нигде нет. Мы поехали посмотреть на танцующих рыб, понимаешь, и я видел их, а Колгрима там не было. Я заснул в лодке, а когда проснулся, он исчез. Он не появлялся, хотя я звал его. Бедный Колгрим!

У мальчика затряслась нижняя губа.

Пастушонок не знал, что думать и говорить.

Он чувствовать себя таким бедным и необразованным рядом с этим изысканным существом с мягкими глазами!

- И давно это случилось? - спросил он грубым голосом.

- Три ночи прошло, как он пропал. Думаешь, он утонул?

Пастушонок боялся этого, но вслух произнести не решился.

- Нет, точно сказать невозможно. Может быть, он вышел на берег, а лодка уплыла.

- Ты думаешь? О, я очень надеюсь на это!

- Да, ты бы проснулся, если бы он свалился за борт и позвал тебя на помощь.

- Да, - доверчиво согласился мальчик.

- Как тебя зовут?

- Маттиас. Маттиас Мейден. А тебя?

Пастушонок улыбнулся.

- Почти также. Мадс.

- Удивительно, - с улыбкой произнес Маттиас. - Вот мы и на земле.

Лодка так ударилась о берег, что они оба потеряли равновесие и громко рассмеялись.

Но когда Маттиас попытался вылезти на берег, оказалось, что он слишком ослаб. После трехсуточного сидения и лежания в лодке без воды, ноги его потеряли силу, стали дряблыми. Он мог бы полностью промокнуть, но дно лодки было почти сухим и его одежда не намокла. А еще ему исключительно повезло с погодой. Ни дождя не было, ни ветра.