Глаза его снова наполнились слезами, когда он вспомнил о несчастной судьбе Колгрима.

Мужчина, услышав слова "помощник судьи", тут же отодвинулся от Маттиаса.

- Вот как! А что ты делаешь здесь, житель Акерсхюса?

Маттиас ответил доверчиво и благовоспитанно, рассказал всю грустную историю о лодке и рыбах, о трагическом исчезновении Колгрима.

- А где же лодка?

- Я отдал ее.

Мужчины были разочарованы. Один из них с ухмылкой, которая должна была изображать любезность, сказал:

- Ложись спать, мальчик. Здесь, ближе к костру. Мы присмотрим за тобой.

Маттиас охотно подчинился, он не хотел показывать, что голоден. Невежливо жаловаться таким добрым дядям.

Заснул он мгновенно, успокоенный тем, что он уже идет домой к маме и папе. Последнее, что он услышал, был жалобный стон ветра в кронах деревьев...

Маттиас еще не совсем проснулся, слишком устал. Но в полусне он почувствовал, что кто-то раздевает его.

Мама, подумал он с улыбкой. Я дома у мамы, и она снимает с меня одежду, я заснул во всем.

Сейчас она оденет на меня ночную рубашку. Но сегодня она почему-то плохо пахнет. Лучше сесть. Нет, не хватает сил.

Он услышал голоса. Грубые, звучащие шепотом. Мама забыла закрыть окно. Холодом тянет. Песня, жалобная песня слышится издалека, она звучит словно в церкви. Нет, это не песня, что-то другое, точного названия чему он не может вспомнить.

- Хо, прикончить его и баста, - слышит он один из голосов. Это не очень любезно, представляется ему. - Он нас видел.

- Но ведь он еще малыш, - произносит другой на родном для Маттиаса диалекте. Остальные голоса говорят на диалекте Мадса. Мадс? Кто это?

- Ты же сам слышал, Олавес! Его дед помощник судьи.

- Выкупа за него нам получить не удастся? - слышен другой голос.

- Дурак! Не пойдем же мы к помощнику судьи!

- Поторопитесь, у такого маленького цыпленка шея тонка. Свернуть ее пара пустяков.