— Где именно вы нашли его? — спросил он.

— На участке Лаймхауз, под пирсом торгового дока, ровно час назад.

— И последний раз вы видели Кэдби вчера в восемь вечера? — Вопрос был обращен к Веймауту.

— Между восемью и четвертью девятого.

— Петри, ты думаешь, он уже почти сутки мертв?

— Примерно сутки, — ответил я.

— Тогда ясно, что он шел по следам банды Фу Манчи. У него была какая-то ниточка, и она привела его в район Радклифской дороги. Вы уверены, что он шел именно туда?

— Да, — сказал Веймаут. — Он ревностно оберегал свои тайны, бедняга. Он сделал бы шаг по служебной лестнице, если бы сумел сам распутать это дело. Но он дал мне понять, что проведет вчерашнюю ночь в том районе. Ушел он около восьми, как я сказал, чтобы пойти к себе и переодеться для этой работы.

— Вел ли он записи своих дел?

— Конечно, и очень подробные. Кэдби был честолюбив, сэр! Вам, наверное, нужно посмотреть его записи. Подождите, я узнаю его адрес. Это где-то в Брикстоне.

Он пошел к телефону, а инспектор Раймэн закрыл лицо покойника. Найланд Смит был явно возбужден.

— Ему почти удалось то, что не удалось нам, Петри, — сказал он. — Я не сомневаюсь, он наступал Фу Манчи на пятки! Возможно, бедняга Мэйсон тоже унюхал кое-что. Даже если нет других фактов, то, что они погибли так же, как и дакойт, является решающим доказательством. Ведь мы знаем, что дакойта убил Фу Манчи.

— Что означают эти искалеченные руки, Смит?

— Кто знает! Значит, Кэдби просто утонул, вы говорите?

— На теле нет следов насилия, — заметил я.

— Но он был очень хороший пловец, доктор, — прервал меня инспектор Раймэн. — Да что там говорить, он выиграл заплыв на четверть мили в бассейне в Кристал Пэлэс. В прошлом году! Кэдби был не такой человек, чтобы взять да утонуть. А что касается Мэйсона, он же морской офицер запаса — он плавал как рыба!

Смит беспомощно пожал плечами.

— Будем надеяться, что когда-нибудь мы узнаем, как они погибли, — просто сказал он.