В этом корабле шум означал беду. Так как бодрствовал здесь один он, то любой скрежет металла или шорох двигающегося предмета был угрозой, и много раз Дэндишу случалось страдать нервной чесоткой от страха, пока не удавалось выследить лопнувшую газосветную трубку или незакрепленную металлическую дверь...
- Выйди, чтобы я могла тебя видеть! - скомандовала девушка.
Дэндиш отметил, что она не постаралась даже прикрыть свою наготу. Отстегнув страховочные ремни, она выбралась из камеры и теперь бродила по залу, где проснулась, пытаясь найти его.
- Ведь предупреждали же нас! -кричала она. - "Будьте осторожны! Берегитесь космических психов! Вы пожалеете!" Говорили же нам в Регистрационном Центре, и вот он ты и есть! Где бы ты ни был! Ну, где ты там? Господи, да выйди же ты наконец, чтобы я тебя могла увидеть!
Полустоя, полуплавая в воздухе под углом к полу, она обкусывала с губ ленточки мертвой кожи и бдительно посматривала по сторонам.Затем сказала:
- И какую же историю ты собираешься мне выдать? Наверное, как метеорит разрушил весь корабль, уцелели только мы с тобой и теперь до скончания веков обречены летать бог знает куда, так что ничего не остается, как попробовать прожить самим?
Дэндиш наблюдал за нею через смотровые окуляры реанимационного отсека, но не отвечал. Он был специалистом по жертвам. Много времени он провел, обдумывая свой шаг. Телом она была совершенна - юная, стройная, легкая. Он выбрал ее из трехсот пятидесяти двух замороженных колонисток, перебрав микрофото, прилагавшиеся ко всем досье, как педантичный коллекционер перебирает свой каталог. Она была лучшей из многих.