Хеллер быстро свернул влево, в аллею парка.

ЖАХ!

Еще один ухнул прямо в то место, где только что на дороге находилась машина Хеллера.

Там, где живописная автострада сближалась с береговыми откосами над рекой, был поворот. Туда и свернули танк с лимузином.

Хеллер выровнял машину и поехал дальше. Он помнил, что на карте дорога через парк, начиная с этого места, имеет еще повороты, сближаясь и расходясь с береговыми утесами.

Джеттеро глянул налево. Там величественно нес свои воды Гудзон. На протяжении следующих девяти миль его окаймляли песчаниковые кручи, вертикально обрывающиеся до самой воды с высоты от 540 до 200 футов, где река пробивалась сквозь гряду Кэтскилл. На противоположном берегу реки, на расстоянии мили находился Йонкерс, а к югу, в тринадцати милях отсюда, сияли небоскребы Манхэттена. Воздух сегодня казался почище: отсутствие машин и дыма из труб плюс, возможно, споры Охокихоки, циркулирующие теперь вокруг земного шара, уже определенным образом действовали на изгаженную атмосферу. Нет, денек выдался на славу, дышалось легко. Хеллер перекрестился: Роксентер намеревался, был просто обязан уничтожить такие достижения.

Джеттеро снова насторожился: вдруг где-то возникнет Бац-Бац. Он надеялся, что его друг уехал далеко вперед и с танка его не увидят.

Хеллер проехал еще пять миль. Парковое шоссе свернуло в сторону от высоких утесов, и теперь его обрамляли высокие величественные деревья.

Джеттеро стало не по себе: ведь все это может погибнуть. Он прибавил газу, доведя скорость до восьмидесяти миль в час.

Впереди, уже неподалеку, там, где широкое шоссе снова сворачивало на восток, к Гудзону, находился поворот. Хеллер свернул.

Всего в четверти мили впереди он увидел танк и лимузин, шедшие со скоростью около сорока миль в час.

Хеллер сближался с ними слишком уж быстро, слишком!

ЖАХ!