У причала тоже стояли немногие корабли. Парусник "Волна" вообще щеголял новенькими парусами на верфях — их как раз прилаживали работники.

Денек выдался погожий; так и хотелось поваляться на зеленой травке, забежать в ближайший березовый лесок в поисках мифической ранней ягоды… Но Сельма была неумолима — они и так опоздали. Алика подозревала, что это просто месть за Змея, но говорить об этом было бесполезно.

Впрочем, Сельма зря волновалась. Их маленький домик был заперт. Краб, старый, но очень веселый цепной пес попытался вылизать им руки и уговорить поиграть с ним — не только на людей влияет весна…

Но они торопились. Искать мать в огороде или у соседки не имеет никакого смысла, тем более что корабль стоит у причала.

— Фрайм!

Они почему-то никогда не называли его "папой", как и все дети. Только просто "Фрайм". Впрочем, старый капитан, отрастивший себе уже значительное пузо, не обижался. Его все называли либо "дядюшкой", хотя племянница у него была всего одна, либо "капитаном", либо просто по имени.

— А, вот вы где, проказницы… Ну, где были на этот раз?..

— Гуляли, — коротко ответила Сельма, бросив предупреждающий взгляд на сестру, хотя Алика и не собиралась ничего говорить.

— Ага, гуляли. Ну и ладно, хорошее дело, хотя могли бы и помочь… Взрослые девки все же, а мать все одна и одна!

— А Лейм?..

— Мы с ним вместе мачту чинили. Ну что, поможете Фрайму разобрать сети?.. Завтра будет рыбная погода!

— А сегодня?..

— Не-е, штиль, толком не порыбачишь, разве что с причала, — пренебрежительно бросил Фрайль. — А эти дурни в море пошли… Завтра сети разбирать будут, мы одни в море будем!

— А можно с тобой?.. — они спросили хором, поэтому Фрайм рассмеялся и согласился. Он всегда соглашался, если они что-то говорили вместе — слишком уж гордился тем, что у него в семье родились близняшки.

— Можно, можно…