— Неужели кто-то выиграл? А мне почему ничего не сказали?

— Сам же три недели назад приказал никому тебя не беспокоить. Вот и получи сюрприз.

— Мы хоть что-то оплатили? — Франц только теперь по-настоящему осознал положение, в котором они очутились.

— Нет, послезавтра необходимо либо подтвердить заказ и перечислить деньги, либо отказаться и заплатить неустойку. Бронь на посещение завратного мира тоже денег стоит.

— Кредиты, насколько я понимаю, нам опять никто не даст.

— Прошедший месяц был очень тяжелым, мы и так в долгах по самые уши. Даже дома, где мы с тобой проживаем, и те заложены.

— Понятно. У тебя наличном счете что-нибудь имеется?

— Крохи. Только на дорогу до Инварса в один конец.

— У меня? — Губерг никогда не интересовался собственным счетом, поручив контроль за ним приятелю.

— Твоих денег хватило бы на треть самой краткосрочной путевки в завратный мир.

— Плохо.

— А то я не знаю.

— А если перенести поездку на более поздний срок?

— Исключено. Шпакман постарался. Сроки и выполнение других обязательств перед счастливчиком взяты под контроль правительства. Только попробуй сорвать путешествие — и тебя задавят огромными штрафами.

— Во обложили, гады! Прямо хоть беги к уважаемому Шпакману на поклон. Как думаешь, под какой процент он даст нам денег?

— Хватить шутить! Скажи, что делать?

Цена путевки в Жарзанию действительно составляла очень крупную сумму, которой хватило бы на приобретение среднего межпланетного лайнера. Причем львиную долю — около восьмидесяти процентов — занимала аренда Врат на проход туда и обратно.

— Когда должен вылететь победитель? — потухшим голосом спросил Франц.

— Через три дня.