Даже если бы славная ведьма не состояла на службе у уппертальского короля, она все равно была бы на стороне танкистов. Вот уже несколько веков они жили душа в душу с седласой забаской, и если бы кто-то вздумал обидеть милое ее сердцу создание, то имел бы дело с оч-чень разгневанной Свахереей.

Янцита, посягнувший на железного дракона, сильно ее раздражал. Она прекрасно представляла себе, что чувствуют сейчас демонические драконорыцари, и собиралась оказать им всяческое содействие.

Полководец тоже был не лыком шит. Не зря он прослыл талантливым стратегом и снискал в свое время такую популярность. Он первым почуял угрозу с воздуха и кинулся в ближайшие кусты, командуя своим солдатам через кричапильник:

— Все в укрытие! Все в укрытие! Неопознанный враг типа «взбешенный грифон»! Поберегись!

Но подлый кричапильник снова взялся за свое.

— Ахтунг, ахтунг! — довел он до сведения окружающих хорошо поставленным ровным голосом. — Ла-фюнф! Ла-фюнф! В небе Покрышкин! Всем расчетам немедленно занять свои места!

Фраза «Ахтунг! Ахтунг! В небе Покрышкин!» была известна всякому, даже вечно погруженным в свои вычисления и чертежи немецким изобретателям и конструкторам. И чего можно ждать от Покрышкина, они тоже приблизительно себе представляли.

— Только Покрышкина нам не хватало, — забормотал Дитрих, высовываясь из люка, дабы определить, шутка ли это, или действительно в небе что-то происходит.

Заметив не поддающийся идентификации объект, он почувствовал себя неуютно и нырнул под защиту родной брони. Майор яростно скомандовал:

— Клаус! Немедленно под деревья, скорее, скорее! Может, это и не Покрышкин, но стоит спрятаться.

Некогда юной и любознательной Свахерее вдалбливали в голову, что владельцы седласых забасок, находясь на задании, должны общаться с собеседниками исключительно посредством текстов древних писаний.