Морунген пристыженно молчал. Он уже привык к фиолетовому карлику и его бесконечной болтовне. И мысль о том, чтобы причинить ему какой-либо вред, казалась неприлично кощунственной.

- Это герр майор сгоряча и не подумав, - подал голос Ганс. - Отсутствие Белохаток действительно раздражает, а как подумаю, что нам скажут в Берлине...

- Я об этом и думать не хочу, - прогудел Генрих. - А ты, Вальтер?

- А я не хочу думать о том, почему горючее не заканчивается, - серьезно сказал Треттау.

- Эту тему не обсуждать! - приказал Морунрен. - От этого вообще свихнуться можно.

- Разумное решение, - одобрил его Хруммса. - Здесь вообще нужно как можно меньше задумываться, и все будет в порядке.

- То есть умом Россию все-таки не понять? - упавшим голосом уточнил Ганс.

- Россию - особенно, - подтвердил маленький полиглот. - О! Майор! Кажется, я вас могу порадовать.

Дело в том, что глазастый Хруммса не зря числился членом Союза наблюдателей. Во всяком случае, наблюдательности ему было не занимать. И именно он заметил в кустах на обочине дороги легкое шевеление. А вглядевшись пристальнее, обнаружил прячущегося человека.

Если бы здесь был Салонюк со своей командой, то он наверняка признал бы в этом нелепом существе родственника тех самых папуасов, которые совершили нападение на лагерь партизан.

Папуас трясся от страха, но убегать не собирался, а с интересом разглядывал грозный танк, высунув нос из густых зарослей.

Хруммса принял решение:

- Герр майор! Прикажите остановить танк! В тех зарослях есть человек!

Морунген приободрился и скомандовал:

- Клаус, стоп машина! Всем быть готовыми к бою!

- Начало так и располагает к сотрудничеству - буркнул себе под нос переводчик. А вслух закричал что-то на абсолютно непонятном Дитриху языке, обращаясь к прячущемуся. И жестами стал подманивать его поближе.