— Ну наконец-то ты спросила. Ты ведь ознакомилась с делом?

— Безусловно.

— Тогда погляди на это.

Малдер достал с заднего сидения «дипломат», открыл его и вынул пухлую, отпечатанную на машинке рукопись. Скалли взяла в руки пачку бумаги и почувствовала, как защекотала в носу пыль.

— Это настоящее сокровище, — Малдер кивнул, указывая на пыльный талмуд. — Можно сказать, кусок истории в его первозданном виде.

Скалли недоуменно посмотрела на напарника, затем на титульный лист. Какой-то судебный документ. Видимо, взятый из архива.

— Это самый первый «секретный материал», — продолжил Малдер. — А вот это — нераскрытое уголовное дело, — он вытащил из дипломата вторую папку, чуть почище. — С ним работал сам Гувер, еще в тысяча девятьсот сорок шестом году.

Малдер свернул на проселочную дорогу, под колесами зашуршал гравий. Мелкие камушки забарабанили по днищу.

— Во время Второй Мировой войны произошла серия убийств. В Браудинге и в окрестностях, к северо-западу от города. Семеро убитых только в одном Браудинге, — Малдер пригладил волосы. — Каждая жертва была разорвана на куски. И объедена. Так, как это делают дикие животные. Однако почти все убитые были найдены дома. Словно они хорошо знали убийцу и позволили ему войти. В сорок шестом году полицейские загнали это «животное» в национальном парке. А затем убили. Когда они хотели забрать убитого зверя, нашли голого человека. Ричарда Уоркетса.

— Похоже на рассказ Паркера, — Скалли пожала плечами. — Или на роман Стивена Кинга.

— В тот же год убийства прекратились,

Малдер свернул с дороги и поехал прямо по целине. Метелки полыни закачались перед стеклом. Вскоре машина выехала на ровное, выкошенное поле.

— Дело не было закончено, но выглядело так странно, что Гувер запер его на замок.