Джиму не хотелось пить, и он подолгу держал кружку в руках, прежде чем сделать новый глоток. Плед, покрытый черно-красным, «шотландским», узором, прикрывал ноги, старое деревянное кресло-качалка тихо, убаюкивающе поскрипывало. Кресло было единственной фамильной реликвией. Оно было привезено из Европы более ста пятидесяти лет назад, когда Паркеры приехали в Америку. И с тех пор уже несколько поколений Паркеров — старших покачивались в нем, прихлебывая кто кофе, кто чай, но чаще — виски. Джим кресло не любил, но считал своим долгом сидеть в нем долгими летними вечерами. Тем более

когда было о чем подумать и что вспомнить.

Чай совсем остыл. Паркер плеснул из кружки в куст сирени, росший около самой веранды, поднялся, чувствуя иголки в онемевших ногах. Плед упал на крашеные доски пола. Джим наклонился поднять. Краем глаза он успел заметить тень, мелькнувшую сзади. Что-то тяжелое прыгнуло ему на спину, он упал, придавив грудью осколки чашки. Жаркое дыхание коснулось шеи. Было почти не больно…

Мотель «Трубка Мира»

Браудинг, штат Монтана

Четверг

— Да, здравствуйте. Это агент Малдер. Когда? Вчера ночью? Хорошо, сейчас подъеду, — Фокс сунул телефон в карман, повернулся к Скалли.

— Убит Джим Паркер. Мы едем к шерифу.

Серый «вольво», взятый напрокат, плохо заводился, медленно ездил и вообще притворялся старой заезженной лошадью. Однако на этот раз машина не стала выкобениваться, а спокойно тронулась и помчалась резво. Стрелка на спидометре добралась до отметки шестьдесят километров в час. Скалли тихо мрачнела, разглядывая проплывающие за стеклом дома.

Шериф встретил агентов на пороге. Он был одет по-походному. На поясе висела кобура с пистолетом.

— Поехали на ранчо. Я там еще не был.

Скенит сбежал по лестнице, сел на заднее сиденье.

— Что произошло? Вы можете рассказать поподробней? — Скалли развернулась к шерифу.