Когда стемнело, юнец отвел собак в придорожные кусты, снял с них шипастую броню и приказал лежать. Вскоре на тракте раздался скрип тележных осей и заунывное пение погонщика: пара волов тянула тяжелую повозку с колесами в рост человека.

Черные тени беззвучно метнулись из кустов, раздался негромкий треск, и повозка встала. Погонщик заругался и принялся стегать волов кнутом, но животные только перебирали ногами, не в силах сдвинуться с места. Они фыркали и тревожно мотали головами, чуя собак, которых так и не увидел возница.

Юноша только посмеивался. Дав Конану убедиться, что его псы крепко держат телегу за заднюю ось, он свистнул, и повозка вновь покатила по дороге. Ее владелиц так никогда и не узнал о причине таинственной остановки, приписав все проделкам мелкой нечисти.

– Если бы он увидел, кто держал его телегу, тут же окочурился бы со страху, – заключил варвар. – Эти бестии будут пострашнее иных демонов.

– И ты их купил, – сказал Чилли.

– А ты бы что сделал на моем месте?

– Держался бы подальше.

– Ну да, слышал: следует избегать переправ и не забираться в горы. А по мне так лучше свернуть шею в скалах, чем подавиться сливовой косточкой. Я купил собак и коня.

– И куда же они делись?

– В задницу Нергала они делись! Говорю, меня надули. Этот прохвост с усиками хоть и говорил, что приезжий, а я так думаю – вся его родня из Эр-Шуххры. Выложив деньги, я предложил обмыть сделку. Юнец сказал, что вина не пьет, но компанию поддержит. Мы отправились в духан при гостинице, где я и оставил последние монеты. Многие уже прознали о покупке и старались вовсю, расхваливая мою мудрость и отвагу. Какой-то ублюдок договорился даже до того, что с моими бронированными друзьями можно смело идти в Не едию завоевывать трон Бельверуса. У меня же были другие планы: я собирался отправиться в Аграпур и заработать на собачьих боях побольше денег. Зря собирался.