Все 70ые годы я прожил в прямом смысле слова на передачах радио «Свобода» и «Голос Америки», а уже на втором курсе обучения в МГУ мое мировоззрение определялось радикальным неприятием всего советского, причем не с периода «культа личности Сталина», а именно что с катастрофы 17го года.

За день до защиты диссертации (в 1987 году) на радио «Свобода» читали одну из моих опубликованных в «Кодрах», журнале Союза Писателей Молдавии, статей, лейтмотивом которой были следующие строки: «Не замена Сталина на Ленина, Троцкого на Дзержинского, а полное искоренение самой порочной идеи стадного равенства...». Помню,  тогда с ужасом подумал: «Сколько, интересно,  членов ученого совета слушают сейчас ЭТО и запасают черные шары для завтрашнего заседания?!».  

На следующий день, уже после успешного голосования (один черный шар), набрался смелости и поинтересовался: оказалось, «мою» передачу на вражеском голосе слушало больше половины членов ученого совета! 

Я приветствовал август 91го и даже умудрился одобрить расстрел Белого дома в 93ем, хотя мой родной дядя стоял рядом с генералом Макашовым и помогал организовывать штурм Останкино!

На моих глазах творилось чудовищное беззаконие, но я настолько был слеп в своей ненависти к большевизму, что не мог различить элементарное: все, что происходит вокруг - это же их дела! И чеченские войны, и парламентский кризис, и расстрел Белого дома, и штурм Останкинской башни - это же все дело рук большевиков! 

Единственная разница, разделяла пассионариев на баррикадах: с одной стороны были большевики, устроившиеся в новой камуфлированной под демократию власти, с другой стороны - большевики, обделенные и отодвинутые от кормушек жизни в сторону. Первые приватизировали материальные блага страны, вторым не досталось ни шиша, кроме сосания лапы «светлых идей»!

Где-то в году 97ом я окончательно расставил все по полочкам в своей голове и больше, надеюсь, на мякине инсценированных переворотов меня не проведешь. Примерно в то же время я открыл для себя имя Сергея Михайловича Прокудина-Горского, чье творчество добавило к апофатическому взгляду на мир образы безупречного идеала и чистоты.