
Главное теперь было приземлиться помягче, без отдачи, которая погнала бы их в новый полет.
3
Едва они освободились в тесном тамбуре от скафандров, внутренняя дверь любезно распахнулась, впустив людей в узенький коридор. Смотритель маяка - его звали Михаил Кристофорович Штуб - летел впереди, указывая дорогу. Впрочем, обошлись бы и без провожатого: коридор узкий, прямой, освещение тусклое, по бокам люки наблюдательного поста, радиомаяка, складов и оранжереи, впереди - вход на жилую половину. Словом, отнюдь не лабиринт. Станция типа "Астрокупол -2М", совершенно стандартная. Их делают где-то там под Рязанью.
Смотритель Штуб без скафандра оказался именно таким, как и представлял Гудков: лет пятьдесят пять, не больше. Но и не меньше. Лицо у него было мрачное, будто ему всю жизнь что-то сильно не нравилось. Или не понравилось в тот миг, когда он увидел их без скафандров. И первый вопрос-то задал не очень обычный: "Одни мужчины?". Помрачнел еще больше и тут же добавил: "Если говорить откровенно, что-то вы долго. Я, вы уже понимаете, в пятый раз выхожу". Впечатление, будто сидит на своем маяке и мечтает, что сию минуту к нему залетит какая-нибудь вечно юная Аэлита. Только об атом, будто, и думает. Старый гриб. Глаза голубые, но выцветшие, под ними мешки. Длинный отвислый нос. Впалые щеки. Типичная внешность для смотрителя астероидного радиомаяка. По крайней мере, именно так их изображают авторы фантастических комиксов.
