С люком пришлось повозиться. Он оказался заперт, никаких замочных скважин, следовательно, отмычки мне в этом деле не помощницы, и я воспользовался ножом. Через минуту упорного труда дело было сделано. Я прислушался, но, кажется, внутри никого не было. Выждав еще несколько минут, спрыгнул вниз и, держа наготове арбалет, осмотрелся.

Плотная тяжелая занавесь разделяла помещение на две части. Никакого намека на товар. Поэтому я, не задерживаясь, отдернул черную занавеску к стене, да так и остался стоять с открытым ртом.

На полу, подтянув колени к подбородку и обхватив их ужасно тонкими руками, сидела эльфийка.

На полу, подтянув колени к подбородку и обхватив их ужасно тонкими руками, сидела эльфийка. У нее были короткие, совершенно не по-эльфийски постриженные волосы, худое изможденное лицо, очень смуглая кожа и большие желтые глаза. Ее одежда мало походила на эльфийскую — белая льняная рубаха без рукавов да изрядно испачканные кровью штаны. Руки от плеч до запястий были разрисованы сложным узором татуировки в виде купающихся в пламени серебристых змей. Рисунок был мастерским, казалось, еще немного, и змеи оживут.

Клыки у девчонки, а выглядела она не старше семнадцати лет, оказались совсем маленькими. Ее губы были разбиты, под глазом кровоподтек, на каждом из запястий висело по тонкой веревочке с многочисленными узелками. Девчонка сидела в центре нарисованной на полу фигуры. Мне стало нехорошо, первая мысль, которая пришла в голову — о магии. Еще не хватало попасть под удар шаманства темных.

Ну, Гозмо! Ну, если выберусь целым из передряги, ты у меня попрыгаешь!

Я смотрел на эльфийку, а она на меня. Вот ведь ситуация! Никогда не занимался похищениями. Незнакомка не шевелилась и не пыталась закричать, привлекая внимание стоявшей на улице стражи. Как только мне в голову пришли более-менее подходящие ситуации слова, за спиной сухо щелкнул дверной замок.