– Не надо.

– Почему? – обиженно спросил он.

– Э-э… Мы же в квартире одни, – замялась она.

– И что?

– Ну вдруг забудемся, всякое тогда может произойти.

– Это плохо?

– Плохо. Мы же не муж и жена.

– Можно исправить это недоразумение. Прямо завтра и подадим заявление в ЗАГС.

– Я не знаю…

Полина в раздумье смотрела куда-то мимо него, будто взвешивая в мыслях все «за» и «против».

– Можно и послезавтра, – обескураженно сказал он.

– Да дело не в том, завтра или послезавтра…

– А в том, хочешь ты или нет, – опечаленно заключил Севастьян.

Не хотела Полина выходить за него замуж. Может, умом она и понимала, что за ним будет как за каменной стеной, но ее душа отвергала его. И он, увы, это чувствовал.

– Мы с отцом дом строить начинаем, – сказал Севастьян. – Для меня. Хороший дом построим, большой, хорошо жить будем, лучше, чем другие. Дети у нас будут. Красивые. Такие же красивые, как ты…

– И ты красивый, – кивнула она. – Зойка говорит, что ты самый красивый.

– При чем здесь Зойка?

– Да так, вспомнила про нее, потому и сказала. Но мне рано замуж.

– Почему? Тебе уже восемнадцать, совсем взрослая. Техникум окончишь, тогда распишемся. А чего тянуть?

– Быстрый ты.

– Ничего себе быстрый! Два года о тебе мечтал.

– Мечтал… – улыбнулась она с оттенком хоть и ласкового, но снисхождения.

– И мечтал, и жил тобой. А дни до дембеля считал, не потому что тяжело было, а потому что тебя хотел поскорей увидеть.

– Меня?

– Ну не Зойку же!

– Ты знаешь, она у нас на курсе самая красивая. За мной никто не бегает, а за ней – все пацаны!

– Ты что, ей завидуешь?

– Нет. Ведь ей ты нравишься. А ты со мной. Только я боюсь, что ты в нее влюбишься, когда увидишь, – без всякого страха и даже переживаний сказала она.

– Исключено.

– А можно я ей скажу, что мы с тобой поженимся? – раззадорилась Полина.