Нестор исчез. Это лишь подтвердило мнение его родственников, друзей и соседей, считавших старца сумасшедшим. На некоторое время вера в Безымянного бога угасла. Но теперь, как сказал Джером, в мире снова появились воинствующие последователи культа Несторианцев.

Брэк фыркнул:

— Нам бы пригодились хотя бы несколько из них, вооруженных стальными клинками.

Брат Джером покачал головой.

— Сила наша заключена в этом. — Он провел пальцами по кресту.

— Но нам-то он чем поможет? — удивился Брэк. — Если и существует дверь, ведущая из этого ада, открыть ее можно только мечом.

Лицо священника стало грустным, будто он надеялся встретить менее решительное отрицание своей веры. Брэк действительно не понимал теологических тонкостей. Он вскочил на ноги и принялся расхаживать взад и вперед. Наконец он резко повернулся к Джерому и слепому старику. С потолка рядом с его босой левой ногой упала капля едкой слизи. Часть слизи попала на кожу и стала жечь. Это напомнило Брэку о том, что ночь уже на исходе.

— Что именно должно случиться с нами на рассвете? — спросил он.

— Будет церемония, — сказал тонким голосом старик с зашитыми глазами. — Мы умрем во славу Йог-Саггота.

Брэк почесал подбородок, роясь в памяти:

— На улице, где на меня напали, что-то об этом уже говорили. Мальчишки упоминали, что необходимы трое...

Слепой старик подошел ближе. От него пахло кислым вином.

— Да, таков предписанный ритуал, чужестранец. Йог-Сагготу должны быть посвящены три смерти. И один из убитых должен быть непримиримым врагом Темного бога.

Джером откинул капюшон и провел рукой по вспотевшей лысине:

— Это я.

— Им требовался также неверующий, — размышлял вслух Брэк. — Это моя роль?