Правда, Клык тот чуть о Неран не обломился, но Илиш был далеко не дурак, вовремя сообразил, что на контрабанде заработает больше и людей сбережет…

– Жалостливый какой-то, – засомневалась Эона. – Чересчур.

– Хозяйственный, – возразила я.

– Мне дальше рассказывать или вы еще пообсуждаете?

Мы тотчас заткнулись, глядя на Кирину преданными умоляющими глазами.

…Годы бежали – не заметишь, а дела потихоньку налаживались. На полуострове вырос замок с зубчатыми стенами, а у Илиша – наследник с дурной головой на широких плечах. Тесно ему стало у родителя под присмотром, захотелось подвигов великих, земель неохватных. Только вот незадача: наделы задолго до его появления на свет расхватали те, кто поудачливее, породовитее, посноровистей, уже папаше оставив лишь кусок скалистой бесплодной земли. За героическими деяниями в Разделяющие горы и ехать далековато, и снаряжение отряда в толинчик

А когда обернуться нельзя, вперед усерднее вдвое поглядывают, верно?

Вопрос был риторический, однако это не помешало слушателям активно затрясти головами в знак согласия.

…Вот и стал наследничек вылазки на Проклятые острова тайком делать, лелея надежду когда-нибудь Земли Сумерек своими назвать. Так бы и сгинул благополучно, да старик Илиш подсуетился, тряхнул старыми связями имперского наемника: одним совсем не погожим деньком появился у ворот замка один совсем не простой человечек. Роста невысокого, внешности невыдающейся. Кто такой, откуда пришел, кроме владельца Клыка Шторма доподлинно никто не знал. Может статься, и хозяин не ведал, только догадывался, а те догадки держал при себе.

Слухи, конечно, разные ходили – одни других надуманнее. Кое-кто аж отца-дознавателя в незнакомце признал. Ну это зря, конечно: в глушь северных провинций отцы-просветители и те не часто заглядывают…