Семен сразу нашел его. Подумал: "А что если те четверо случайно обнаружат вход и захотят посмотреть, куда он ведет?" Расправил за собой кусты и вступил в узкую длинную пещеру, наполненную молочно-тусклым рассеянным светом. Дальше становилось все темнее. Путь вел в другие пещеры, соединенные с первой. У Семена имелось две коробки спичек. Если пользоваться ими только в крайних случаях, должно хватить. Он скрутил из бумаги фитиль, зажег его. Мотылек пламени взвился на конце фитиля, распростер крылышки, и Семен увидел прямо перед собой заграждение из нескольких камней и наваленной земли.

Он отвязал от пояса походную кирку и несколько раз ударил ею по камню. Фитиль погас. Железо звякнуло о камень, и деревянная ручка сломалась. Тогда он, срывая ногти, в темноте начал отворачивать камни. Атаны надежно завалили вход.

"Что ж, - с затаенной радостью подумал Семен, - чем ценнее сокровище, тем надежнее его укрывают".

Это уже стало закономерностью для него, археолога. В ржавых пластах земли вместе с перегнившими или окаменевшими остатками растений и спрессованными костями хранились сокровища - зарытые, упрятанные в массивные сундуки, замаскированные в тайниках, замурованные в склепах рядом с истлевшими останками бывших владельцев. А на пути к ним надежнейшими, нетленными стражами залегли человеческие жадность и скупость. Они, как и сокровища, копились тысячелетиями.

Семен с остервенением отбросил несколько мелких камней и протиснулся в отверстие. Снова скрутил и зажег фитиль. Коридор был извилистый и длинный.

Идти становилось все труднее. Приходилось перелезать через обвалившуюся породу, протискиваться в узкие отверстия. Семен понял, что спичек ему не хватит, и начал экономить их. Временами он шел в полной тьме, выставив вперед руки, будто слепой. То вдруг чиркал спичкой, тревожно думая, что первая коробка подходит к концу.