Поздно, слишком поздно, друзья мои. Вы постоянно запаздываете…

«Адронам» требовалось время на перезарядку, так что второй корвет я начал обстреливать из «вайреса», методично вгоняя в спейсер снаряд за снарядом. Начинённые взрывчаткой болванки, к чьей собственной скорости прибавлялась ещё и скорость разогнавшегося «найтмара», одна за другой вонзались в борт корвета, а затем в какой-то миг в середине корпуса у него вспух огромный шар огня, переломивший спейсер на две части.

Краем сознания касаюсь радара и с удовлетворением отмечаю, что мой совершенно невозможный и нереальный ударный рейд заставил отступить этих непонятных повстанцев.

Немыслимо… Всего один тяжёлый флаер обращает в бегство целый флот…

Хм… А теперь, быть может, настало время уходить, пока сегодняшний лимит удачи ещё действует?

Или пока он ещё действует, попытаться разобраться с повреждённым «Асклепием», доставившим мне столько неприятных эмоций?..

Госпитальныйспейсер сейчас представлял из себя зрелище достаточно плачевное. Большая часть его оборонительных точек была подавлена, в корпусе зияли многочисленные пробоины, из которых в космос били струи воздуха, и вылетали какие-то предметы. Три из шести массивных маршевых двигателей были превращены практически в груды обломков, а дозиметры подсказывали, что в районе реактора «Асклепия» началась реакция второго порядка, грозящая мощным взрывом.

Занятно. По сути, от полного уничтожения спейсер спас сейчас именно я.

Какая злая насмешка судьбы, не правда ли?

Так, для начала попробуем выйти с этим корытом на связь…