В гуле рождающегося на ничтожно малое по меркам Вселенной время карликовой звезды тонет грохот взорвавшегося спейсера, а вслед «найтмару» уже летят испепеляющий свет и радиация.
Быстрее, чёрт возьми, быстрее же!
Миг, другой…
А затем в животе появляется привычная пустота, как будто от падения в какую-то бездну, которая появляется почти у всех ныряющих в субпространство.
Вспышка. Все обзорные датчики внешней среды слепнут и глохнут, сталкиваясь с чем-то совершенно чуждым и запредельным…
«Хрисаор» уходит в субпространство.
Глава 2. Об интеллекте человеческом и не только
Устало растянулся в ложементе. Сил после боя почти не осталось — ни последних, ни тех, что приходят после них. Хотелось просто лечь и отдохнуть…
Но нет, сейчас мне нельзя расслабляться — хоть на секунду потеряю инициативу и темп, и меня тут же прихлопнут враги…
А у меня есть враги?
О да, у меня есть враги!
Теперь у меня очень, очень много врагов… Целая Империя врагов.
Хотя вообще-то виновата здесь была вовсе не Империя, не все эти миллиарды моих подданных, а всего лишь один человек.
И этот человек — мой отец. Но ещё этот человек — Император.
Только с его ведома и позволенья я мог оказаться на этом корабле мясников, проведя перед этим зачем-то целых пятнадцать лет в анабиозе.
Зачем это было нужно? Почему именно я?
А так ли это важно, по большому счёту?
Вопросы «зачем» и «почему» бесполезно задавать любым фигурам, будь то пешка, ферзь или даже король…
Их нужно задавать игроку.
Сыграем партию, отец? Сыграем партию, где призом станут ответы на мои вопросы или же моя смерть? Меня только за последние несколько часов пытались убить столько раз, что я даже как-то перестал обращать на это внимание… А ведь наследника трона нельзя убить так просто и безнаказанно. В особенности, если это пытается сделать такая плесень, как все эти мясники и им подобные жалкие подобия офицеров Космофлота.