- Разряд!

Разряд электрического тока запустил мое остановившееся сердце. Я резко вдохнул, раскрыв глаза. Надо мной нависла темная ночь, и работник скорой помощи с двумя пластинами дефибриллятора уже хотел повторить процедуру.

- Ожил! – радостно сообщил медик, почему-то вновь заволакиваемый дымкой. – Не умирай! – добавил он, и вновь приготовился сделать разряд.

- Г-где Наташа… - прохрипел я.

- Тише, приятель, сейчас доставим тебя в больницу…

- Где Наташа? – совладав с языком, спросил я.

Мир снова накрыла тьма…

Издалека раздавался слабый писк. Где-то я его уже слышал… Это писк больничной аппаратуры, которая еще поддерживает во мне жизнь… Это мое сердце так медленно бьется…

Я открыл глаза. Белый потолок, белые стены. Невероятным усилием я поднял одну руку и снял дыхательную маску, затем отцепил тонкий проводок капельницы. Отцепил липучки с проводками ото лба и с груди. Приподнялся, оглядел палату.

Одиночная палата, набитая аппаратурой. На шкафчике у моей койки стоял пакет – видимо, кто-то уже меня посещал. Я слез с кровати, ноги нащупали больничные тапки. Я застегнул пижаму на груди и, шатаясь, пошел к выходу. Там слышались приближающиеся шаги.

- Третий день уже не сплю, - пробормотал кто-то. – Мне этот больной все видится, уже два раза видел.

- Это из-за недосыпа, - уверенно сказал другой.

- Только знаешь, он какой-то другой был, матерый что ли. Да еще небритый и заросший.

- Это тебе не в зеркале почудилось? Сам-то когда бороду сбреешь?

- Я тебе серьезно говорю, видел…

- Бред! – твердо сказал другой, и шаги стали отдаляться.

- Пойду еще кофе выпью...

- А за больным кто следить будет?

- Он в коме, не приходит в себя второй день. И вряд ли придет, у него черепно-мозговая травма серьезная, гуманней будет не мучить его, а отключить аппаратуру.