Каюта, в которой поместили одержимую, не охранялась. Пока. А запираться изнутри ей не приходило в голову. Кто посмеет напасть на ту, что владеет Взглядом Нимра? Тиугдал приоткрыл дверь и проскользнул внутрь, пробормотав с порога: «Спокойно, это я».

Женщина сидела на постели, положив руки на колени, низко опустив голову, но Тиугдал догадывался, что она не спит.

- Это я, - повторил он. Подошел к ней, заговорил тихо и отчетливо: - Слушай меня. Это важно. Тебя хотят оставить на этом корабле. Запереть здесь в каюте. Чтобы ты никогда не попала в Нимр. Нам нужно бежать отсюда. Ты меня поняла?

Не произнеся ни слова, она поднялась на ноги.

- Вот и прекрасно. - Глаза его привыкли к полумраку, и он видел, что на столе - почти нетронутый ужин, поданный по приказу Фьету-ра, и бутылка вина. Он прихватил первым делом бутылку, потом начал сгребать все, что мог, с тарелок и распихивать по карманам и за пазуху. - Займись часовыми, пока я буду спускать шлюпку. Мы дойдем до Ируата на веслах. Ты меня поняла?

Она его поняла. Возле шлюпок, закрепленных за бортом «Краке-на», было двое часовых. Виден же только один. В густом тумане он не сразу понял, кто именно подошел к нему, а когда понял, было поздно. Он сполз вдоль борта на палубу, и Тиугдал оказался рядом с ручной лебедкой. Он даже не обернулся посмотреть, как там со вторым часовым. Он благословлял туман, заглушавший скрип лебедки, и плеск воды о днище шлюпки. Затем он сбросил за борт закрепленный трос и без труда спустился вниз. Взялся за весло, удерживая шлюпку, пока одержимая не съехала вслед за ним. Тиугдал глубоко вздохнул.

- Поджечь бы не мешало это корыто, - заметил он, - но некогда. Женщина села к рулевому веслу. Тиугдал поместился на месте