— Я ушла из дома, — еле слышно сказала Кася.

При ней не было никаких вещей: Люба очень удивилась.

— И когда вы это решили?

— Не надо так, — тихо попросила Кася.

— Не надо как?

— На «вы».

— Хорошо. И когда же ты решила уйти из дома?

— Сейчас.

— Тебе есть куда идти?

— Нет.

Люба невольно вздохнула. Нет, правда, какая безответственность! В голове вдруг мелькнуло: «Ты же хотела завести котенка. Или щенка. Вот тебе и… развлечение. А совесть у тебя есть? Ведь это же человек! Живой человек!»

— Хорошо, — кивнула она. — На какое-то время я могу тебя приютить. Я живу одна…

— Ой, спасибо, Любовь Александровна! — вспыхнула Кася. Волнение ее странным образом преображало. Она даже становилась хорошенькой. Щеки зарумянились, глаза заблестели. Нет, не дурнушка.

— Я не договорила. У меня довольно-таки тесно. Однокомнатная квартира. Да и помощница но хозяйству мне не по карману…

— Мне вовсе не надо платить! — горячо сказала Кася.

— Дай же мне договорить! — Люба начала раздражаться. — Тебе надо научиться брать за свою работу деньги. Помощь по хозяйству — та же работа. Ты должна иметь деньги. Понимаешь? У тебя есть деньги?

Кася замотала головой. Люба начала подозревать, что в кармане у женщины нет ни копейки.

— Хорошо, — вздохнула она. — Сейчас мы поедем ко мне. Сегодня мне предстоит визит в больницу. К одному из моих пациентов. То есть клиентов. Это длинная история, — поспешно сказала она, поймав удивленный Касин взгляд. — Потом я тебе расскажу. Но не сейчас.

Она кинула взгляд на часы. Времени не так много. Надо успеть в больницу. И не исключено, что Апельсинчик позвонит. Ее последняя няня одной ногой за дверью. Что, если устроить туда Касю? Люся ее не обидит. В смысле денег. А как тогда с жильем? Жить у нее постоянно Кася не может. Их четверо, у них семья. Люся, конечно, человек добрый, но вдруг и Кася у нее не приживется? Ладно. Устроится как-нибудь. Надо пройтись по знакомым. Честные работящие люди нужны всем. А Кася — человек честный. По рассказам Марины, ее подруги.