Сейчас он чувствовал себя еще слабее, чем пару минут назад. Геолог увядал, таял прямо на глазах.

Безумно трудно подтянуть себя к двери – ноги не оказывают никакой поддержки. Когда Фреди достиг своей цели, он обливался потом и тяжело дышал.

Почти задыхался...

Из-за напряжения? Или это мышцы окончательно отказываются выполнять свои функции?

Руки и плечи еще подчинялись, но болели, будто кто-то втыкал в них сотни маленьких ножичков. Мышцу правой икры свела судорога.

Сколько же еще он сможет двигаться?

Фреди оторвал от пола голову, посмотрел в обе стороны извилистого коридора: ничего и никого... И не слышно, чтобы хоть кто-нибудь приближался.

– Помогите! – закричал геолог, вернее, сделал попытку закричать.

Но его речь теперь звучала не просто невнятно, она превратилась в набор звуков, шипение и свист.

Естественно, ответа не последовало. Только ритмичный шум двигателя, который отдавался вибрацией на полу палубы.

Лаборатория нуклеоники – через дверь... Там будут люди! Должны быть!

Фреди выполз в коридор, несмотря на возросшую боль в плечах. Дышалось все труднее и труднее... Геолог хрипел, стараясь наполнить легкие воздухом..

"Давай же! – кричал он себе. – Еще чуть-чуть!"

Держать голову было все труднее, поэтому он просто опустил ее на пол.

Двигаться тоже становилось все тяжелее, но сдаваться нельзя.

Борясь, цепляясь за каждый выступ, Фреди прополз мимо лаборатории астрофизики. В это время она пустовала, можно не сомневаться... А если остановиться на проверку, и там никого не окажется, то уйдут последние силы. Поэтому геолог пополз дальше, глядя на первоначальную цель. Сжав зубы, подал тело вперед... Еще раз... И еще... как обезумевшая, с выпученными глазами, вытащенная на сушу рыба, умирающая от того, что не может оказаться в воде.