– Совершенно верно, – улыбаясь, ответила мать. -

Именно так.

– Очень рад, очень рад! – осклабился сей инкогнито и, довольно неловко выхватив руку матери из окошка экипажа, поцеловал ее. Слышно было, как стукнулись его зубы о костяшки ее пальцев. – Позвольте отрекомендоваться: граф Иоахим-Иероним фон Блямменберг, полковник кавалерии в отставке. Волею всемогущей Планиды мы соседи. У нас, знаете, глушь: любому обществу радуешься, а кроме вас, почитай, никого и нет. Так что давайте знакомиться.

Егеря рядом со мной засмеялись. Я и сам не смог удержаться от улыбки.

– Вы, я полагаю, баронесса-мать? – продолжал граф. – А это, эрго, баронесса-дочь. – Он посмотрел на Клару. – А где же, собственно, барон? – Он обернулся в нашу сторону. – Я предположу и не ошибусь, что барон – вот этот статный господин. – Он указал на Михаэля.

– Нет, – отвечала баронесса-мать. – Вы ошиблись, господин граф. Барон вот…

– Подождите! – решительно прервал ее полковник в отставке. – Я сам определю. Ведь на голубую кровь у меня чутье необычайное. Барон, – он помедлил, затем указал на Клауса, – несомненно он.

Тут уж и я не смог удержаться от хохота.

– Неужели я ошибся? – продолжал граф. – Неужели барон вот этот господин? – На сей раз он указал на Шульца. Новый взрыв смеха разубедил его и в этой мысли. – Что ж, дорогой господин барон, – обратился он к Гейнцу, – будем знакомы! По правде сказать, вы не очень похожи на мать! Что? Я снова ошибся? – воскликнул граф, услышав новый раскат хохота. – Не может быть!

Он заглянул внутрь нашего экипажа, с сомнением оглядел дворецкого, смерил взглядом кучера.

– Очень досадно, – проговорил граф, завершив осмотр, – что господин барон остался в замке. Я был бы поистине счастлив познакомиться с ним. Досадно! Чертовски досадно!

Шульц и Гейнц уже рыдали от смеха.

– Но, – сказала мать, – господин барон находится

здесь. Кристоф! Представьтесь господину графу.