Вдобавок под предлогом экономии Конг урезал жалование у половины сыщиков, причем Фухе пострадал чуть ли не больше всех. Он едва сдерживался, но молчал, помня о луже крови у порога и гантеле в руках Конга. Страдал не только карман, но и самолюбие Фухе. Репортеры начисто забыли великого комиссара, обращая внимание только на новое светило. Даже де Бил еле цедил сквозь зубы "Привет", встречаясь с комиссаром. Глядя на шефа, подчиненные тоже мало-помалу стали игнорировать Фухе, забыв о молниеносных бросках пресс-папье: конговская гантеля очаровала их совершенно. Дальше тянуть так было невозможно, и комиссар уже подумывал о переходе в контрразведку Гваделупы, куда его приглашали уже третий раз.

Однажды в понедельник сотрудники сошлись на обычное совещание. Проводивший его де Бил был с утра пьян, но бодр.

-- Коллеги! -- вещал он, навалившись на стол,-- на нас смотрит Европа! И не только Европа! Весь мир глядит на нашу поголовную полицию! Поэтому в ответ на обращение нашего Президента предлагаю повысить раскрываемость преступлений до 105%! Помните, наш главный завет: нет подозреваемых, а есть преступники! Был бы человек -- а дело найдется! Смелее, орлы! -- и де Бил икнул.

-- Распелся! -- подумал неопохмеленный и грустный Фухе.-- Переходил бы к делу, болван!

Между тем де Бил переходил к делу:

-- Значит так, голуби, Интерпол поручил нам важное дело. Как вы знаете, чижики, а, впрочем, откуда вам знать? -- газеты не читаете, радио не слушаете,-- так вот, несколько недель назад в Бразилии сперли Золотую Богиню.

-- Ну как же! -- обидчиво крикнул кто-то с места.-- Читали! Сперли ее, болезную, и переплавили!

-- Ну и молодцы, что читали,-- одобрительно кивнул шеф.-- Только вот заковыка -- из Парагвая сообщили, что Богиню эту видели. Да, видели ее, целую и даже в чемодане. И везли ее к нам в страну.

-- Когда видели? -- деловито спросил Конг, что-то помечая в блокноте.