— Я в священники не гожусь, — сказал Галлен отцу Хини. — Слишком уж я люблю дорогу. Я подумываю купить какую-нибудь недвижимость и сдать ее в аренду. А сам по-прежнему буду телохранителем. Тут кругом много коротких дорог. Я смогу и работать, и заботиться о матери. — Галлен говорил так, но короткие дороги его не привлекали. Ему хотелось бы доехать до Горт Арда на юге и увидеть лик Бога, высеченный в камне святым Келли, или до Дворца Победителя в Дройхед Бо, поискать там спрятанные сокровища. Но теперь он привязан к родному графству Морган и не сможет отлучаться из дома больше чем на пару дней.

— Праведное небо, парень! — сказал отец Хини. — Твоя слава бежит впереди тебя. Не пройдет и недели, как из графства уберутся все разбойники до единого и никому больше не понадобится охрана! Ты сам себе худший враг!

Симус толкнул священника локтем и прочистил горло:

— Полно тебе, отец, так парень совсем зазнается. Не такой уж он и герой! Но по правде сказать, Галлен, я бы не прочь воспользоваться твоими услугами. Мой сын поехал вперед сказать Бидди, что я задержусь, а я еще и не наполовину так пьян, как располагаю быть через час. Плачу тебе два шиллинга за то, чтобы ты доставил меня домой живым.

— Два шиллинга? — повторил Галлен. Телохранителю платили больше, но пора была поздняя — слишком поздняя и слишком дождливая, чтобы разбойники рыскали по округе. Галлену только и дел будет, что проводить Симуса через холмы в деревню Эн Кохен в четырех милях от Клера, присмотрев за тем, чтобы фермер не свалился с лошади. — Давай четыре, и по рукам.

Симус скривился, точно у него камень выходил из почки:

— Больно дорого ты себя ценишь. Я против тебя ничего не имею, парень, но жизнь сурово учит этаких фантазеров. Тебе так не терпится стать помещиком, что ты заранее дерешь шкуру с воображаемых арендаторов.

— Пять шиллингов. Четыре за услуги, один за оскорбление.