Вприпрыжку, как дурачок, он выбежал из столовой. Пандора, смеясь, последовала за ним.

Они проездили весь день, спешиваясь, когда выглядывало солнце, чтобы перекусить и заняться любовью. Часа два промучавшись, Тэллоу в конце концов приноровился к своей кобылке. Он быстро все схватывал. С той ночи, когда он видел ладью, он многому научился. Его свободный от предрассудков мозг с жадностью впитывал все новое.

Они провели день в седле, они смеялись и любили друг друга, забыв обо всем на свете, - Тэллоу, худой и длинноногий, на гнедой кобылке, и Пандора, изящная и ненасытная Пандора, иногда веселая, чаще загадочная.

Они ускакали довольно далеко и под вечер выехали на берег реки в том месте, которое Тэллоу миновал неделю назад, посапывая у руля. Они поднялись на холм и, бездыханные и довольные, пали друг другу в объятья, прильнули один к другому и опустились на песок, не замечая ничего вокруг.

- Твоя река, - прошептала Пандора, немного успокоившись. - Я всегда буду думать о ней так. Я привыкла считать ее своей, но теперь я знаю, что она твоя.

Тэллоу удивился.

- Река ничья, и в том ее прелесть. Ничья.

- Нет, - возразила Пандора, - она твоя, твоя.

- Не может того быть, милая, - убеждал он. - По ней плавают, в ней купаются, из нее пьют все, кому вздумается. На то она и река.

- Наверно, - нехотя согласилась она. - Наверно, но я всегда буду думать о ней по-другому. Для меня она - твоя жизнь.

- Однажды я подарю ее тебе, любимая, - улыбнулся он и сказал правду, хотя и не подозревал о том.

Он поглядел на реку и вдруг увидел золотую ладью, величественно скользящую по течению Он обернулся к Пандоре.

- Смотри! - крикнул он взволнованно. - Убедись сама, что я тогда не шутил. Вон золотая ладья!

Но ладьи на реке уже не было. Она пропала. Пандора встала и направилась к лошадям.

- Вечно ты все портишь, - укорила она. - Тебе обязательно надо, чтобы я беспокоилась.