— Молчать и не двигаться! — прорычал широкоплечий господин, угрожающе размахивая огромным мечом. Главный стражник попытался было сунуть руку за пазуху, но, получив чувствительный удар кованым сапогом по голове, застыл без сознания. Второй налетчик вытащил из кармана клубок веревок, и они вдвоем быстро связали всех троих стражников, а напоследок засунули им во рты кляпы. Впрочем, те лишь мелко дрожали и даже не пытались оказать какого-либо сопротивления.

— A где же узники? — вопросил обладатель меча, когда с тюремщиками было покончено. Его помощник поднял с пола фонарь и посветил в угол:

— Да вот они! Сидят за решеткой в темнице сырой…

— Вы свободны! — с пафосом провозгласил человек с мечом. — Наши кони ждут вас!

— Мы никуда с вами не пойдем! — решительно отказался первый узник. — К утру недоразумение выяснится, и нас так и так отсюда выпустят.

— A вас мы, извините, не знаем, — добавил его товарищ.

— Что? — возмутился меченосец. — Старых друзей не узнаете?

— Тут же темно, — примирительно сказал его спутник и приподнял фонарь, осветив лица обоих налетчиков. — Ах, вот оно что! — радостно протянул первый узник, а второй от избытка чувств даже расцеловал нежданных гостей.

— Ну, поехали, — растроганно прогудел широкоплечий господин, и все четверо спешно покинули темницу, поплотнее захлопнув дверь.

Утренний туман рассеивался. По болоту брел человек в плаще и с огромным рюкзаком, из которого торчали несколько длинных предметов, поблескивающих в лучах восходящего солнца — яркого, но по-осеннему холодного. Видно было, что человек чувствует себя на болоте весьма уверенно: держа в правой руке длинный шест, он со знанием дела ощупывал перед собой дорогу, а при необходимости ловко перепрыгивал с кочки на кочку. Впрочем, следы тины на всей протяженности длинных резиновых сапогов, похожих на ботфорты, говорили, что необычному путнику доводилось и по-настоящему проваливаться в трясину.