— В каком смысле охотитесь? — переспросил Покровский.

— Ну, я вижу, у вас из мешка торчат лук и стрелы. Только едва ли на наших болотах вы чего настреляете.

Иван чуть смутился:

— Да нет, какая уж тут охота. Просто путешествую, осматриваю незнакомые места. Может быть, здесь меня посетит поэтическая муза…

— Ах, так вы поэт? — искренне обрадовался хозяин. Покровский заметил, что и женщина чуть заметно улыбнулась. — Да вы присаживайтесь, снимайте вашу обутку, устраивайтесь поудобнее… Катерина, принеси-ка нам вина!

— Нет-нет, я не пью, — решительно отказался Покровский.

— Ну тогда чаю погорячее.

— Подождите немного, — хозяйка отложила вязание и куда-то вышла.

— Вы не смотрите, что она такая неразговорчивая, — улыбнулся хозяин, придвинув к камину два кресла, для гостя и для себя. — А вообще у нее душа золотая. Просто живет здесь в глуши, как на острове, и от людей совсем отвыкла.

— Простите, вы сказали — на острове, — сказал гость, осторожно стягивая «ботфорты» и положив их поближе к камину. — Но какая-то связь с миром у вас есть?

— Связь-то есть, — вздохнул хозяин, — но не с той стороны, откуда вы пришли — там вообще болота непроходимые.

— Вот как!

— По правде сказать, я даже удивляюсь, как это вы остались живы.

— Наверно, только потому что не знал об их непроходимости, — рассмеялся гость. Улыбнулся и хозяин. — Да нет, я просто немного заблудился. Тут один своеобычный господин провел меня по болоту и указал, куда идти дальше, но я все-таки сбился с пути.

— Ну, я вам попробую помочь, — кивнул хозяин и подбросил в камин парочку поленьев. — Сам-то я тоже тут всю жизнь живу, на болотах. И что же это за своеобычный господин, который вас вел?

— О, ну такой полный, водянистый, я даже подумал, что примерно таким должен быть водяной из сказок.

— Так он и есть водяной!