– Тогда, – печально заметила Шетра, – мы будем единственными людьми, что слышали, как жалуется мертвец.

На это Лорд Гирим вновь плюхнулся на траву и весело рассмеялся.

Когда его радость поутихла, он взглянул на Шетру и попытался было с деланной легкостью вскочить на ноги, как если бы он не чувствовал боли и усталости. Но у него ничего из этого не вышло: судорога боли исказила его лицо, и он снова зашелся смехом, словно его собственные притязания были самым невинным развлечением, какое только можно себе вообразить. Так, все еще фыркая от смеха, он прихрамывая отправился к ближайшему кусту алианты, поел голубовато-зеленых ягод, смакуя их бодрящий немного резковатый аромат, и вскоре почувствовал, что уже сыт. Добросовестно соблюдая обычаи Страны, он неспешно разбросал вокруг себя зерна, из которых поднимутся новые кусты драгоценных ягод. Затем Гирим с особым торжественным выражением высказал свою готовность отправиться дальше в путь. В считанные мгновения вся компания уже сидела верхом на лошадях, и легким галопом они вновь двинулись на восток.

Дорога их по-прежнему пролегла по сельской местности, однако земля была здесь уже не столь благодатна, как до этого, и оказывала радушный прием только тем, кто знал как беречь и умело ухаживать за ней. Лишь несколько поселян встретились им по пути. К вечеру они уже миновали границу непосредственного влияния Ревлстона, и до того как сумерки сгустились в темноту оставили далеко позади себя последнее человеческое жилье, что могло им повстречаться на дороге, ведущей к Зломрачному Лесу.

Однако они не остановились на ночлег, хотя Лорд Гирим с неподдельным томлением в голосе робко испросил о такой возможности. Но Корик удерживал всю компанию верхом, не смотря на охи и стоны Гирима. Они продолжали мчаться через ночь, доверяя ранихинам самим находить их путь. Уж близился час восхода луны, когда Лорд Шетра негромко произнесла:

– Теперь мы должны отдохнуть. Нужно набраться сил для завтрашнего перехода через Зломрачный Лес.