Они подбирают деревяшку и ныряют в противоположном направлении. К этому времени Джим окончательно утратил ориентацию, но Сэнди, в телепатическом наборе которого есть и великолепный внутренний компас, уверенно двигается на восток, затем сворачивает назад, в административно-спортивно-развлекательно-прачечный корпус комплекса, и коридором, стена которого увешена пятью сотнями почтовых ящиков, выходит на Чапмэн-авеню.
Полицейская машина так и торчит перед "Пышками". Ага, а вон впереди и Эйб с Ташем. Теперь следом за ними, через улицу и в "вольво".
- Где это вас носило? - интересуется Таш.
- Я уронил брусок и начал искать, - объясняет Джим. - В такой темноте разве что увидишь.
- Надеюсь, ты все-таки его нашел, - возмущается Эйб. - А то пойдешь сейчас обратно.
- Да нет, вот он! Видишь?
Друзья хохочут, громко и заливисто. Все хорошо, что хорошо кончается. Они запрыгивают в машину. Включают мотор, выкатывают на Чапмэн-авеню.
- Отвезем-ка мы этот бесценный кусок в музей, а потом заедем к Сэнди, посмотрим, как там тусовка.
- А-хахаха. Сегодня, ребята, там нет никакой тусовки.
- Это ты так думаешь.
Глава 2
Следующим утром Деннис Макферсон, отец Джима, вылетел местным рейсом "Юнайтед" из Лос-Анджелеса в Национальный аэропорт Вашингтона, округ Колумбия. Когда "Боинг 7X7" снова вошел в атмосферу, он проснулся, собрал рассыпанные по коленям бумаги и засунул обратно в портфель. Зря и вытаскивал. Конечно же, большую часть недолгого полета Макферсон продремал, но даже и читай он эти бумаги, толку было бы чуть. В Вашингтоне нужно встретиться с полковником ВВС Т. Д. Итоном, доложить о ходе работ по программе "Шаровая молния", одному из крупнейших контрактов компании "Лагуна спейс рисерч". Сам Макферсон в этой программе не занят и не знает толком, чем объясняются многочисленные задержки - прямо-таки эпидемия какая-то. Лететь полагалось бы Дэну Хьюстону, только вот Дэн сейчас в Уайт-Сэндс, пытается довести до ума спутник обнаружения-наведения, который предстоит испытать по этой самой программе. А у Макферсона были в Вашингтоне другие дела, вот на него и свалили заодно "Шаровую молнию". Слов нет.