С тревогой в сердце смотрела Агнетта на свою принцессу. Что принесет с собой наступающая весна? Не погасит ли улыбку на лице ее дорогой девочки, не заставит ли умолкнуть серебристый смех? Она слышала много всякого о чужой стране за горами Монтес-Астраппас и боялась этих гор и молний, давших им название, — ведь они предвещают вечную разлуку с ее любимицей. Тайра-Вирте была, по гхийасским меркам, не слишком цивилизованным местом, несмотря на ее красоту и искусство иллюстраторов Грихальва. Именно семейства Грихальва и боялась Агнетта, но не художники были причиной ее опасений.

Мечелла закончила свою сказку. Добро победило — к полному восторгу юных слушателей. Им повезло, что они успели дослушать: появился учитель и прогнал непослушных учеников обратно в школу для детей дворцовых слуг. Конечно, он не стал бранить Мечеллу — никто во дворце просто не смог бы себе это позволить. Кроме разве что Пермиллы Черносливины. И действительно, стоило Мечелле объяснить, что в такой чудесный день вполне простительно выкрасть на часок детей из душного класса, как суровое лицо учителя смягчилось и он улыбнулся. Глядя на него, улыбнулась и Агнетта. Ну разве можно не полюбить эту девочку?

Но опыт давно прошедшей юности подсказывал иное: красота, обаяние и невинность не принимаются в расчет, если человек, вместо того чтобы обожать свою юную невесту, пылает страстью к любовнице.

Оставшись одна, Агнетта потянулась навстречу теплому весеннему солнцу, будто хотела обнять его. Уже близился полдень, а ведь надо было еще переодеть принцессу в платье, которое она со смехом называла Дворцовый Наряд Второго Класса. Но Агнетта не спешила. Пусть девочка погуляет. Это последние дни ее детства. Скоро начнется вся эта взрослая предпраздничная суета. А принцесса еще так молода…

Наконец Агнетта поняла, что больше тянуть время нельзя. Она подошла к Мечелле и окликнула ее. От одного взгляда на юное восторженное лицо принцессы тревога служанки возросла.