Таллран вопросительно глянул на адмори абаноша. Тот кивнул.

– Да, не согласен.- умница асейари отвечал на стандартном метаязыке.- Чистота крови – не самый актуальный по нынешним временам аргумент.

– Вы действительно так думаете?- презрительно фыркнула она, тоже переходя на метаязык.- В таком случае нам просто не о чем говорить!

– Взаимно,- ответил Таллран.- Конфликт поколений, знаете ли. Вам необходимо или передать правление младшим шадумам или смириться с существующей действительностью, уважаемая Тойвальшен барлума! Времена величия вашего клана давно миновали и вам, если вы хотите выжить, следует соизмерять ваши запросы с вашими возможностями…

Ми-Грайон отвернулся и стал смотреть в окно, потеряв вдруг к разговору всякий интерес. Накатила вдруг волна безысходной тоски: как же ему все это надоело! Лэркен Тойвальшен надоела. И терране со своим юмором. И планета их тоже.

Из огромного, во всю стену, панорамного окна кабинета открывался великолепный вид на лан-кайшен, правильными террасами спускавшийся к безбрежной глади океана. Тусклое солнце огромным равнодушным зрачком глядело с бесцветного неба. И даже дополнительное освещение не в состоянии было убрать стылое ощущение царящего вокруг вечного сумрака. Унылый мир! Ми-Грайон с тоской подумал, что покинет его еще очень не скоро.

На узкой площадке перед окном появился мальчик-терранин. Он медленно брел вдоль ограждающей полосы, с жадным любопытством рассматривая все подряд. Сразу было видно, что попал в лан-кайшен впервые. Интересно, зачем же эта ди Сола привела сюда с собой ребенка? Навряд ли мальчишке было больше девяти терранских лет. Тощий, маленький, нескладный… молокосос, одним словом. Что с такого возьмешь? Нашалит еще, а скандал кому разбирать придется? Правильно, адмори абаношу, не другому кому…