Когда Джеральд завербовался и сел на межзвездный поезд, будущее представлялось ему не то чтобы радужным, но, по крайней мере, перспективным. На Земле все выглядело так заманчиво - работа по специальности не в неопределенном будущем, а прямо сейчас, приличный заработок, немыслимый на Земле, беспрецедентные социальные гарантии, пенсия в сорок лет... что еще нужно простому техасскому парню?

Когда поезд привез Джеральда на единственный на Гефесте пассажирский вокзал, оказалось, что перспективы вовсе не так радужны, как представлялись поначалу. Предохранительная прививка обернулась тяжелейшей лихорадкой на грани сепсиса, терзавшей Джеральда на протяжении всей поездки. Вездесущий серный запах вызывал тошноту и головокружение. На Гефесте нельзя было мыться иначе как ультразвуком, суп, оставленный в открытой кастрюле, через час становился несъедобным, единственным пригородным транспортом оказалась переполненная электричка, а единственным развлечением - бар со стриптизом и борделем на втором этаже. Здесь не было ни неба над головой, ни зеленых полян, ни водных просторов, ничего такого, что кажется мелочью, когда оно в изобилии, но воспринимается как предмет первой необходимости, когда ее нет. Сознание Джеральда упорно отказывалось считать своим домом гигантский подземный муравейник, и это была единственная вещь, о чем в свое время умолчали кадровики "Уйгурского палладия".

Кадровики крупных компаний знают свое дело, их не в чем упрекнуть, все пункты контракта соблюдались неукоснительно, о неудобствах Джеральда предупредили заранее. А то, о чем никто не сказал Джеральду, то, что на Земле просто не замечают, на самом деле оказалось вещью первостепенной важности, но ни один адвокат никогда не назовет это веским основанием для того, чтобы начать дело о расторжении контракта.