— Ладно, — кивнул Нил, — пошли.

Войдя в свою каюту, он решительно направился к небольшому стеклянному шкафчику, с верху до низу набитому эльжурналами и эльдисками, о космосе, хрупкими, почти невесомыми, моделями старинных шаттлов и ракет, во главе с серебристой копией первой межпланетной станции 'Мир'. Которая немедленно привлекла внимание его гостей, бурно, хоть и несколько нецензурно выразивших свой восторг от лицезрения такого чуда.

— Да, — кивнул Нил, — она — лучшая в моей коллекции. Мне подарили ее на день рождения, еще в детстве. Правда красивая!

Оба кадета незамедлительно с ним согласились, после чего уделили свое внимание и другим моделям: ракетам 'Восход' и 'Союз', челноку 'Миссисипи' и разбившемуся когда-то 'Discovery'.

— Где-то здесь у меня были…. - проговорил Нил осторожно отодвигая аккуратную стопку эльдисков, — Ага, вот они! — воскликнул он, достав старые пластиковые карты.

— Ух ты! — восхитился Леви, с благоговением протянув к ним руку, — Как в GVP, только настоящие!

Это были очень дорогие карты, почти семейная реликвия. Прадедушка Нила по материнской линии подарил их своей невесте-цыганке в день свадьбы, которая была около ста пятидесяти лет назад. Теперь эта колода из пятидесяти четырех карт стоила почти целое состояние, небольшое, конечно, но вполне приличное. Леви осторожно взял верхнюю карту, это был валет пик.

— Смотри, Льюис, — воскликнул он, — этот парень мне подмигнул!

— Это обман зрения, — улыбнулся Нил, — простейшая голография. Здесь все зависит от угла падения света.

Взяв другую карту, даму червей, он повернул ее сначала влево — дама прикрыла шаловливую улыбку веером, потом — вправо, и веер опустился.

— Видите? Сейчас уже так не делают, слишком примитивно.

Нил легким выверенным движением тщательно перетасовал колоду. Карты в его руках так и замелькали, с тихим шелестом слившись в одну сплошную линию, почти летая.